Найти книгу
Войти

Зарубежная классика

Олдос Хаксли

О дивный новый мир

Олдос Хаксли вырос в семье, принадлежавшей к британской культурной элите. Он обладал поразительной эрудицией, свободно говорил на французском и немецком, был знаком с философами и известными писателями того времени. Его роман полон скрытых цитат, аллюзий, отсылок, насмешек над реальными людьми, писателями, политиками и бизнесменами, философскими течениями и мечтами о справедливом обществе. Все эти насмешки зашифрованы в тексте, и обнаружить их без подсказок – непростая задача. Большинство не заметит их, а значит, потеряет половину удовольствия от чтения романа.Эта книга дает читателю ключ к расшифровке «Дивного нового мира». Практически все имена и фамилии в романе – «говорящие», а их сочетание – оригинальный сатирический прием автора. Не случайно выбраны и географические названия, а цитат из Шекспира в тексте – более сорока. И не только цитаты – в романе фактически зашифрована вся пьеса Шекспира «Буря». Не к одному Шекспиру обращается Хаксли. Томас Элиот, Томас Грей, Дэвид Лоуренс и Бертран Рассел – вот неполный список авторов, имена которых упоминаются в комментариях.А еще Хаксли использует открытия ученых и их прогнозы для создания синтетической картины будущего, которая кажется пугающе убедительной. В начале XX века, когда все приходили в восторг от грядущих даров технического прогресса, Олдос Хаксли увидел девушек-сборщиц, работающих на конвейере, и ужаснулся. И предложил своим читателям оглянуться вокруг и задать себе вопрос: как много они готовы отдать за сомнительные дары технического прогресса. А еще приглядеться внимательнее и увидеть стены невидимой тюрьмы, которые они раньше не замечали.«Ведь ничто не дается даром», – утверждал Олдос Хаксли.

Джордж Оруэлл

1984. Скотный двор

Первые полвека после публикации антиутопия Оруэлла «1984» воспринималась как злая сатира на коммунистические режимы.

Но, увы, пророческие детали мира «1984» всё больше и больше становятся реальностью современного как бы декоммунизированного мира.

Фантастические реалии, придуманные Джорджем Оруэллом для Британии 1984 года, давно вошли в культурный код современного человека, зависимого от глобальных корпораций, социальных сетей и медиа.

Роман «1984» наряду с такими произведениями, как «Мы» Евгения Замятина (1920), «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли (1932) и «451 градус по Фаренгейту» Рэя Брэдбери (1953), считается культовым образцом антиутопии.

* * *

«Скотный двор» Оруэлла — притча, полная горькой иронии и сарказма. Трагичная история сообщества животных, решившихся избавиться от угнетения людьми, и попавшего под изуверскую власть свиней.

В повести изображена эволюция сообщества наивных революционеров-животных, изгнавших со скотного двора его владельца, жестокого мистера Джонса: от романтической свободы до диктатуры коварного и корыстного хряка по кличке Наполеон.

В повести Оруэлл показал перерождение революционных принципов и программ, то есть постепенный переход от идей всеобщего равенства и построения утопии к диктатуре и тоталитаризму. «Скотный двор» — притча, аллегория на революцию 1917 года и последующие события в России.

Франц Кафка

Процесс

Роман о последнем годе жизни Йозефа К., увязшего в жерновах тупой и безжалостной судебной машины, — нелицеприятный портрет бюрократии, знакомой читателям XXI века не хуже, чем современникам Франца Кафки, и метафора монотонной человеческой жизни без радости, любви и смысла. Банковского управляющего К. судят, но непонятно за что. Герой не в силах добиться справедливости, не отличает манипуляции от душевной теплоты, а добросовестность — от произвола чиновников и до последнего вздоха принимает свое абсурдное состояние как должное. Новый перевод «Процесса», выполненный Леонидом Бершидским, дополнен фрагментами черновиков Франца Кафки, ранее не публиковавшимися в составе романа. Он заново выстраивает хронологию несчастий К. и виртуозно передает интонацию оригинального текста: «негладкий, иногда слишком формальный, чуть застенчивый немецкий гениального пражского еврея».